2639
13 Dec 2017

Образование в России «убито» уже в трех поколениях: первой пострадала история

Наверняка многие из вас слышали, читали и размышляли о нашумевшем случае про школьника из Нового Уренгоя. Рассказывая о своем исследовании по истории, юноша назвал нескольких немецких солдат – нашедших свою смерть в нашей стране в годы Великой Отечественной войны – «невинно погибшими», чем вызвал бурную реакцию общественности. Интернет-журнал «448 вёрст» обратился за комментарием к доценту кафедры Российской истории ТГУ имени Г.Р. Державина, ученому-историку, известному краеведу и энциклопедисту Владимиру Дьячкову.

Подробности

19 ноября в германском Бундестаге во время выступления ученик гимназии №1 Нового Уренгоя Николай Десятниченко рассказывал о своем «исследовании» на тему немецких солдат, погибших во время Второй мировой войны. Школьник и его сверстники, ученики той же гимназии, стали участниками совместной программы Народного союза Германии и нефтегазовой компании Wintershall по уходу за воинскими захоронениями. Николай упомянул ефрейтора и солдата противовоздушной обороны Георга Йоханна Рау, который участвовал в Сталинградской битве и погиб 17 марта 1943 года в советском плену в 21 год.

— История Георга и работа над проектом тронули меня и подтолкнули меня на посещение захоронения солдат Вермахта вблизи города Копейска. Это чрезвычайно огорчило меня, поскольку я увидел могилы невинно погибших людей, среди которых многие хотели жить мирно и не хотели воевать, — сказал юноша.

Депутат Елена Кукушкина обратилась в региональную прокуратуру, департамент образования и в гимназию, где учится Николай Десятниченко, заявив, что «так дойдем до того, что предложим пересмотреть итоги Великой Отечественной войны». В ФСБ обратился блогер Сергей Колясников, обвинив школьника в том, что он «реабилитирует нацистских преступников». Есть у школьника и защитники. Например, глава города Иван Костогриз, который заявил, что мальчик лишь поделился своими открытиями, и это нельзя расценивать как его отношение к фашизму.

Мнение Владимира Дьячкова от первого лица

Конечно, я не мог пройти мимо «уренгойского казуса».  Все очень грустно, потому что у этого безобразия есть общий и явный корень. Говорю об этом на каждом углу, как уже городской сумасшедший. Всем наплевать, слушают: «Замечательно! Владимир Львович, вы правы». Корень  – в намеренном развале образования и просвещения в нашей стране, в развале, предпринятом «сверху». Это началось не вчера, а уже около 30 лет назад, в конце 80-х годов и связано с определенным политическим заказом нашей либеральной публики, новой «элиты» 90-х, с прямым финансированием развала образования через западные фонды типа фонда Сороса. И все наши министры образования 90-х годов и нынешние, все они отстаивают чиновничий, «шкурный» интерес. «Выигрывали» даже гранты на эти цели. Немалые деньги доставались тем немногим «решалам», кто предлагал лучшую систему развала образования. И первой жертвой этого разрушения, этой беды, которая уже состоялась, стали гуманитарные предметы, потому что именно они формируют личность, отношение к жизни, к своему прошлому, формируют нравственность. Весь гуманитарный блок подвергся разрушению в первую очередь, а дальше уже все остальное, потому что образование – система единая.

«Сейчас школьники на выходе – нули по всем предметам»

Я каждый день ужасаюсь, что происходит! Я это говорю со всей ответственностью. Полный распад, никакой системы знаний нет. Если есть, то какие-то обрывки, которые только еще хуже делают. То есть цель достигнута!

Почему это делалось? Говорю это уже лет двадцать… Не знаешь истории, не развит нравственно – не задаешь лишних «политических» вопросов! Потому первой «убитой» в школьном преподавании оказалась история. Мы сокращаем количество часов – это раз. У нас количество часов истории сейчас в школе сокращено в четыре раза. Кроме того, мы крутимся в концентрической системе уже 20 лет. То есть мы до 10 класса движемся по кругу, изучая историю, а потом 10 и 11 класс делаем еще один круг, повторяя «галопом» прошлые годы. Это еще минимум в два раза сокращает количество часов, потому что на одно и то же тратится время. Незнание умножается! Реально количество часов сократилось раз в восемь, а, может быть, и в шестнадцать. Даже в так называемых гуманитарных школах. К примеру, вот уренгойский этот «кадр»… В советское время на изучение Великой Отечественной войны отводилась вся первая четверть выпускного класса – два месяца, 36 часов при четырех уроках в неделю! На каждой кусочек Великой Отечественной войны было достаточно времени. А помимо уроков – походы в музеи, чтение книг, просмотр хороших фильмов. Мы встречались с нашими героями войны, нас возили по стране… Где бы ни были, везде звучала тема Великой Отечественной войны. Она и сейчас звучит, но сейчас она не подкреплена знаниями. Была жива семейная память, потому что были живы участники войны. Снимали отличные фильмы про войну, которые сейчас выглядят шедеврами. Была прекрасная литература о войне в школьной программе. Эти компоненты все исчезли. Неизбежная утрата – это, конечно, то, что люди с личным опытом и должным пониманием той войны уходят физически. Но все остальное можно было поддерживать. Знания, понимание истории… Это все было убито намеренно. Почему? Задачи простые, «шкурные», они все связаны.

«С каждым годом в вузы поступает все худший и худший контингент»

Теперь о второй задаче уничтожения образования. Начиная от молодых преподавателей до нынешних студентов: с каждым годом в вузы поступает все худший и худший контингент. Студенты приходят в университет, они не знают вообще ничего. Я просто дурею здесь! Каждый раз они что-нибудь новенькое в своем незнании открывают, и я ничего сделать не могу с этим. Они уже в вузе находятся, я не могу им здесь повторить при этом усеченном количестве времени то, что им не дали в школе по всем предметам. Ничего не читают, ничего не смотрят, ничего не знают!

Людей с самых малых лет надо насыщать знанием. Тогда голова будет развиваться. А иначе любые способности со временем угаснут. Когда знаний нет, то какие бы способности и амбиции ни были, ходу наверх тебе не будет по очевидной причине: ты просто хуже образован. А дети-сменщики тех, кто ныне в «патриотической политической элите» и в не менее «патриотическом бизнесе», не только учатся, но и живут в других местах и даже странах.

«Мальчика из Уренгоя, наверно, надо винить в последнюю очередь»

Третье причина: чем меньше знает человек, чем меньше у него развиты зоны анализа и высоких чувств, тогда все его удовольствия перемещаются в сферу простого материального потребления. И соревнование жизненное перемещается в сферу: у кого лучше телефон, у кого какой любовник, кто куда съездил, у кого какая квартира, у кого какая дачи и прочее. Это «песня» для тех, кто вам это продает!

Так вот в этом мальчике из Нового Уренгоя все это прекрасным образом проявилось. С одной стороны, работали и денежные вещи. Это все оплачивала Германия. У немцев своя «свадьба». Они считают, что они уже излишне наизвинялись за войну. Но надо понимать, что эта война особая. Потому что 22 июня 1941 года к нам пришел противник, который нас в соответствии со своей идеологией намерен был уничтожить как народ, всех. Только очередь была. Без очереди – евреи и цыгане. Только шесть миллионов евреев пошло под нож. Со славянами: 50% славян убиваем сразу, 50% стерилизуем… Они не считали нас за людей! И сейчас мы для них не совсем люди при всей дипломатической вежливости и т.д. Они не ощущают нас равными им. Поэтому нам жить не нужно. Кстати, и прибалты, и латыши, и татары само собой – все для немцев и их союзников были такими же животными. Абсолютно все «неарийские» народы! И всех они хотели уничтожить. Некоторых не сразу. Половина должна была поработать на рейх, а потом умереть бесплодными, то есть освободить территорию для них, для достойных. Это – нацизм, дорогие мои!

Противник, который к нам пришел, от солдата до генерала, я не говорю уже про СС: они все пришли с этой идеей – уничтожить наш народ! Ну, может быть, мы найдем одну сотую процента, которая думала иначе. Они могли быть идейными нацистами, могли не быть членами нацистских организаций, неважно. Они все нас за людей не считали, вот в чем проблема. Он хороший человек, может быть, пишет жене, как он скучает, как ему тут холодно. Но что он здесь делает? Он пришел сюда зачем? У человека всегда есть выбор. Точно также нас за людей не считали их союзники – венгры, румыны тогдашние, ну у финнов своя, так сказать, «свадьба». Одни только «милые» венгры, 2-я венгерская армия, уничтожили более 100 тысяч мирного населения только в Воронежской области! Румыны «добрые» в одной только Одесской области уничтожили 200 тысяч человек гражданского населения.

Поэтому, возвращаясь к мальчику из Уренгоя, дословно цитируя кусок из его выступления, который просто невозможен для произнесения, «невинно погибших» немцев у нас здесь на поле боя, в плену, где угодно, их просто нет. Эта сила, которая вошла на нашу территорию 22 июня, она нас стремилась уничтожить. Поэтому каждый из них виноват.

Дальше-то что? Мальчика из Уренгоя, наверно, надо винить в последнюю очередь. Хотя он уже взрослый. Это не пятилетний ребенок, за которого все написали. Значит, внутри у него в голове никакого фильтра, который добро от зла отсекает, нет. В семье, значит, слова не было сказано. Семья ничего не дала. Сам он… Ну сейчас все такие, ничего не знают. Но главное: это сделали взрослые. Немцы дали своих эсэсовцев для рассказа о невинно погибших, а дальше – учителя, администрация школы. Вы где были? Сейчас, кстати, говорят, что у него учительница – беженка с Украины, а сын у нее бойцом в АТО, то есть, он уничтожает народ Донбасса. Если это так, то это «песня»…

Было, наверно, как? У нас всегда так происходит… Съездить в Германию, плохо что ли «на халяву» на недельку-другую? Отлично. Набирают школьников, они пишут. Германия это делает для себя, для пересмотра истории. Немцы говорят нам сейчас: «Не надо нам напоминать об этом. Мы за это извинились. А теперь мы на свежую голову в 21 веке подумаем, что Гитлер был не такой плохой, что армия наша ни в чем не виновата, они невинно погибшие».  А то, что у нас только 23 августа 1942 года в том же Сталинграде было убито 40 тысяч мирных жителей и крупный город был превращен в руины! А Ленинград в блокаде, а 2 миллиона белорусов, а миллионы наших людей, включая 4 миллиона советских солдат, убитых в фашистких концлагерях…

И эта ситуация может повториться где угодно и когда угодно. Завтра предложат тамбовским студентам… Германия проплатит, скажет: «Давайте съездим в Мюнхен, пивка попьем, и давайте посмотрим как-нибудь иначе на нацистскую партию: вспомним о том, как Гитлер был хорошим художником, учился на архитектора, был храбрым солдатом, за ним шла вся нация. Ну да, были некоторые мелочи…». У нас сейчас огромное количество информации направлено именно на пересмотр, то есть на возвращение к чему? Что мы не люди, что нам жить не стоит, мы отсталые, мы – угроза их «ценностям» и т.д.

«С учебниками по истории — беда полная»

У нас исчез нормальный государственный контроль за этой продукцией. И кто угодно – от городских сумасшедших до профессиональных историков – все пишут. Но дело в том, что по учебникам истории ситуация такая: якобы Министерство образования на учебники объявляет конкурс. Но вы его никогда в жизни не выиграете, потому что конкурсы – это большие деньги. Их выигрывают только «свои». Гранты на написание и издание учебников дают только москвичам. И там огромное количество людей – это публика, которая взращена 90-ми годами. Либеральная тусовка со своим мнением. И эти учебники на 90% с лишним «гнилые». Они очень слабые с научной точки зрения. Там полно фактических ошибок. История страны там рассматривается как история неудач. Принципиальные вещи, такие как Гражданская война и Великая Отечественная война, подаются с такой точки зрения, что мы сами виноваты и т.д. Великую Отечественную войну подают как противостояние двух тиранических режимов Гитлера и Сталина. На Западе есть отличные историки «по нашей части». Но их крайне мало и не они пишут учебники, не их точка зрения берется.

«Чем дальше, тем хуже»

Всё, процесс окончен. Ситуация в чем необратима? Уже несколько поколений в этом воспитаны. Уже в трех поколениях убито образование! И чем дальше, тем хуже. Сейчас мы уже выходим на «ноль» по всем предметам. Условий для восстановления нет. Нет условий даже для замедления темпа процесса разрушения образования. Если представить невозможное: поменялись все чиновники на всех уровнях, поменялась вся так называемая элита, все стали честными, с государственным подходом, умными, взяли государственную машину в свои руки и, не меняя своей государственной воли, немедленно начали все восстанавливать. Для начала хотя бы надо вернуть отнятое. Вернуть прежний расклад, который был раньше, по всем предметам, восстановить систему просвещения. Если это представить себе: чтобы вернуться в точку 1989 года, когда это все стало рушиться, то потребуется минимум сто лет. Но условия, которые я назвал, они невозможны. Будет каждый день только хуже.

Чем себя можно утешить? Тем, что идущие за вами хуже вас по знаниям. Но здесь нечем гордиться.

Вы понимаете, что сейчас словарный запас, Бог с ней с историей, возможность выразить свои мысли, то, о чем человек думает, то количество слов, которое у него в голове, активный словарный запас нашего студента – 200 слов, максимум — 400. Это меньше, чем «пиджин инглиш», который колонизаторы изобретали для африканских колоний. Он включал в себя 800 слов. Пассивный запас студента – ну, наверно, тысяча слов. Я говорю студентам о том, что, например, словарный запас произведений А.С. Пушкина – 30 000 слов.

Стоит пройти за любой группой студентов на улице, и вы услышите один мат. Причем мат будет не только от юношей, а от девушек. Все разговаривают на мате. Я каждый раз, когда иду из вуза или в вуз, я стараюсь их обогнать, чтобы не слышать. Причем мат тупой, примитивный, ладно бы изобретательный.

Уровень словарного запаса он блокирует всяческое развитие. Ты не можешь выучиться с таким словарным запасом.

В общем, нынешняя ситуация напоминает первобытного человека. К этому мы и идем. Ситуация ужасная. У меня утрачиваются возможности как у преподавателя, потому что между мной и нынешними студентами гигантский разрыв, прежде всего в уровне знаний. Мы не можем в вузе обучать людей, которые пришли из школы с нулем. Это невозможно.

Так вот мальчик из Уренгоя, он вообще не понял, в чем проблема. А что произошло? Ничего же не произошло. Ну назвал «невинно погибшими», ну сочинение написал. А то, что ему и его друзьям дали портреты и солдат вермахта, и эсэсовцев, работать с биографиями наших тогдашних смертельных (экзистенциальных, по-ученому) врагов, дык откуда ему знать, что они «экзистенциальные».

У нас каждое 9 Мая возникает такая ситуация, просто все молчат уже. Когда для поздравительных открыток остаткам ветеранов наберут картинок из Интернета, где солдаты в форме, только это немцы! Красиво всё – каска, форма, граната – вроде как советский солдат. Это каждый год происходит. Так и мальчику дали «невинного симпатягу». Все немцы виновны! Невинно погибших среди врагов нет!!!

P.S. В Книге Памяти наших павших почти 200 только советских солдат с фамилией Десятниченко, 12 из них – Николаи. Может быть, «уренгойский мальчик» начал бы с коротких смертных судеб своих тезок и почти ровесников?

Материал подготовила АЛЕСЯ РОМАНОВА

Фото: Сергей Лямин

Яндекс.Погода

Поделиться материалом:

Самые читаемые:

© 2009-2017 Интернет-журнал «448 вёрст»

Лента новостей Тамбова, Тамбовской области и федеральных событий. Все права защищены. 16Ес+
При использовании любого материала с сайта гиперссылка на интернет-журнал «448 вёрст» обязательна.