«Поэт выше Пушкина»: лирика мысли Е. А. Боратынского 

В одном из своих интервью Иосиф Бродский писал о том, что на него сильно повлияло прочтение томика стихов поэта пушкинского круга Евгения Абрамовича Боратынского, которого в каком-то смысле он ставил выше Пушкина. После этого будущий нобелевский лауреат решил всерьез заняться сочинительством. Бродский считал лучшим стихотворением русской поэзии «Запустение» Евгения Боратынского: «В "Запустении" все гениально: поэтика, синтаксис, восприятие мира» [8, с. 229].

Почему Бродский так высоко ценил творчество Боратынского? В чем секрет его поэзии? Как относились к Боратынскому и его творчеству современники? Как относятся к Боратынскому сегодня?

Боратынский дебютировал в печати в феврале 1819 года, несколькими годами позже Александра Сергеевича Пушкина. Первое стихотворение – мадригал «Женщине пожилой, но все ещё прекрасной» – было опубликовано благодаря Антону Антоновичу Дельвигу, пославшему его в журнал «Благонамеренный» [1, с. 210]. В марте в этом же журнале были напечатаны ещё три произведения Боратынского («К Алине», «Портрет в…», «Любовь и дружба (в альбом)»). Дельвиг и познакомил его с Пушкиным: «Ты ввёл меня в семейство добрых муз…» («К Дельвигу»). О дружеских отношениях, связывавших Пушкина и Боратынского вплоть до трагической гибели гения русской литературы, писал Е. Н. Лебедев: «Все сохранившиеся свидетельства Боратынского и Пушкина друг о друге полны самого уважительного отношения даже не друг к другу, но к идеалам, которые отстаивали оба…» [2, с. 30–31]. 

Критики говорят о раннем взлете творчества Боратынского. Этому способствовали талант и высокая общая культура поэта. Начало систематическим познаниям в области истории и теории литературы было положено в Пажеском корпусе. Программа по словесности была насыщенной. На уроках изучалось творчество Гомера, Вергилия, Горация, из отечественных писателей – произведения Ломоносова, Державина, Фонвизина, Карамзина, Крылова. Евгений читал и сверх программы, переводил с французского языка. Главное в будущем поэте не столько интерес к литературным занятиям, сколько его раннее критическое отношение к себе [2, с. 8–9].

Исключение из Пажеского корпуса усилило эту требовательность. Подросток Боратынский пришел к такому уровню духовных исканий, от которых сверстники его были избавлены.

Уж отлетает век младой,
Уж сердце опытнее стало.
Теперь ни в чем, любезный мой,
Нам исступленье не пристало!
Оставим юным шалунам
Слепую жажду сладострастья;
Не упоения, а счастья
Искать для сердца должно нам.
(«Пора покинуть, милый друг…», 1821)

Поэтому в 1827 году после долгожданного выхода в свет собраний стихотворений Боратынского Пушкин писал: «Знатоки с удивлением увидели в первых опытах стройность и зрелость необыкновенную». [4, с. 50].

«Зрелость необыкновенная» молодого поэта удивляет и современных критиков, занимающихся изучением его творчества. Исследователь творческого наследия Боратынского Е. Н. Лебедев в своих работах утверждал, «…что молодого Боратынского отличала высокая, не по летам строгая дисциплина мышления, в основе которой лежала феноменальная нравственная требовательность к себе» [3, с. 21]. 

Боратынский отдавал предпочтение элегическому жанру. Элегии «Ропот», «Утешение», «Разуверение», «Размолвка», «Признание» принесли ему подлинную литературную славу. Прочитав элегию «Признание», опубликованную в 1824 году, Пушкин писал А. Бестужеву: «Баратынский – прелесть и чудо, «Признание» – совершенство. После него никогда не стану печатать своих элегий…» [5, с. 78]. Пушкин называл его «первым элегическим поэтом» [3, с.74].

Уже с первых шагов в литературе Боратынский остро ощутил свое высокое предназначение:

А я, владеющий убогим дарованьем, 
Но рвением горя полезным быть и им, 
И правды красоту даю стихам моим,
Желаю доказать людских сует ничтожность
И хладной мудрости высокую возможность.
(«Богдановичу», 1824)

Отныне поиск «правды красоты» становится главной целью его жизни в искусстве. 

Не остались незамеченными современниками и поэмы Боратынского.
Первая – «Пиры» – была написана в 1820 году в Финляндии, изменена в 1826 году, окончательный вариант поэмы был напечатан в сочинениях 1835 года, подготовленных самим автором. В поэме Боратынский мечтает: «Перенестись от скал чужбины мне можно было в край родной!», обращается к Дельвигу: «Мой брат по музам и по лени», к Пушкину: «…кому дано петь и героев, и вино…». О поэме благосклонно писали критики В. Измайлов, А. Бестужев: «Баратынский, по гармонии стихов и меткому употреблению языка, может стать наряду с Пушкиным» [10].

О последующих поэмах Боратынского писал и Пушкин: «…появление «Эды», произведения столь замечательного оригинальной своею простотою, прелестью рассказа, живостью красок…подало только повод к неприличной статейке в Северной Пчеле…», «блестящее произведение [«Бал»] исполнено оригинальных красот и прелести необыкновенной». Но, по его словам, «…Баратынский всех менее пользуется благосклонностию журналов» [4, c. 74–75].

Умение мыслить в сочетании с такими свойствами души, как беспристрастие и бескорыстие, отмечалось большинством современников. По словам П. А. Вяземского: «Чем больше вижусь с Баратынским, тем более люблю его за чувства, за ум, удивительно тонкий и глубокий, раздробительный. Возьми его врасплох, как хочешь, везде и всегда найдешь его с новою, своею мыслью, с собственным воззрением на предмет» [7]. 

В набросках статьи «Баратынский принадлежит к числу отличных наших поэтов…», предназначавшейся для «Литературной газеты», Пушкин утверждал: «Он у нас оригинален, ибо мыслит. Он был бы оригинален и везде, ибо мыслит по-своему, правильно и независимо, между тем как чувствует сильно и глубоко. Гармония его стихов, свежесть слога, живость и точность выражения должны поразить всякого хотя несколько одаренного вкусом и чувством» [6, с. 368].

Все мысль да мысль! Художник бедный слова!
О жрец ее! тебе забвенья нет;
Всё тут, да тут и человек, и свет,
И смерть, и жизнь, и правда без покрова.
Резец, орган, кисть! счастлив, кто влеком
К ним чувственным, за грань их не ступая!
Есть хмель ему на празднике мирском!
Но пред тобой, как пред нагим мечом,
Мысль, острый луч! бледнеет жизнь земная.
(«Все мысль да мысль!», 1840)

Интеллектуализм поэзии Боратынского, лаконичный стиль его произведений, философское отношение к действительности являются результатом глубоко выстраданной мысли. Предельная завершенность и филигранность поэтического мастерства ставят автора на самую высокую планку среди поэтов пушкинского круга. 

Имя Боратынского, уроженца Тамбовской губернии, широко известно на родине. Ежегодно вручается премия администрации Тамбовской области, лауреатами которой становятся лучшие учреждения и люди, популяризирующие творчество Боратынского. Многочисленные акции («Читаем Боратынского»), конкурсы, юбилейные мероприятия, презентации изданий о нем возвращают вновь и вновь к имени замечательного поэта. 

Одним из литераторов, занимающимся увековечиванием памяти Боратынского в Тамбовской области, является Владимир Евгеньевич Андреев. Его кипучая деятельность направлена на возрождение Мары – усадьбы Боратынских, проведение чтений, организацию клуба любителей Мары, создание книг. Его антология «Сочувствий пламенный искатель» (Тамбов, 2020) является приношением к 220-летнему юбилею Евгения Боратынского. Вот так в предисловии пишет о знаменитом земляке В. Е. Андреев: «Поэт, с которым дружили и которого понимали Пушкин, барон Дельвиг, кн. Вяземский, Денис Давыдов, Николай Коншин, Николай Кривцов, Ив. Киреевский, Николай Путята, разумеется, был счастлив. При этом он заглядывал сквозь завесу времени, предполагал, что его стихи будут услышаны и другими поколениями, что он будет необходим неведомому читателю будущего. И дал, будучи скромным человеком, чрезвычайно высокую оценку своего наследия, поскольку предвидел любовь к своей поэзии в будущем. И не ошибся в своем пророчестве» [9, с. 13].

Список литературы
1. Благонамеренный : журнал, издаваемый А. Измайловым. Ч. 5. Санкт-Петербург. 1819. 389 с.  
2. Боратынский Е. А. Разума великолепный пир / Вступ. ст., сост. и примеч. Е. Н. Лебедева. Москва, 1981, 223 с. 
3. Боратынский Е. А. Стихотворения и поэмы / Вступ. ст., сост. и примеч. Е. Н. Лебедева. Москва, 1990. 320 с.
4. Пушкин А. С. Полное собрание сочинений. Т.11. Москва, 1996. 587 с.
5. Пушкин А. С. Полное собрание сочинений в 10 томах. Т. 10, Москва ; Ленинград, 1951, 893 с. 
6. Пушкин А. С. Собрание сочинений в 10 томах. Т. 6, Москва, 1962, 589 с. 
7. «Русский архив», 1884, кн. II, С. 408. 
8. Соломон Волков. Диалоги с Иосифом Бродским. Москва, 2000, 328 с. (Литературные биографии).
9. Сочувствий пламенный искатель. Приношение Евгению Боратынскому : антология / ред.-сост. Владимир Андреев. Тамбов, 2020. 210 с.: ил.
10. Баратынский Евгений Абрамович : сайт. – 2000 – . – // URL: http://baratynskiy.lit-info.ru/baratynskiy/stihi/poemy/piry.htm (дата обращения: 23.09.2022).

Материал подготовлен на основе открытых источников.
Статья подготовлена при поддержке  Президентского фонда  культурных  инициатив в рамках проекта «Межрегиональный фестиваль-марафон семейного чтения "Читаем вместе!"» (ПФКИ-21-1-000829).

ЛЮДМИЛА НИКОЛАЕВНА ПАТРИНА, член Правления АНО «Тамбовское библиотечное общество»

Фото: из коллекции Тамбовской областной универсальной научной библиотеки им. А. С. Пушкина